ЧЕТВЕРТАЯ ПРОМЫШЛЕННАЯ РЕВОЛЮЦИЯ стремительно входит в нашу жизнь

СТАТЬЯ ИЗ РУБРИКИ: «ОТ ПЕРВОГО ЛИЦА»

Так исторически сложилось, что деятельность и активное продвижение успешных украинских промышленных предприятий в существующих реалиях, как правило, происходят не «благодаря», а «вопреки». Но тем и ценнее достигнутое. Мы беседуем с руководителем одного из них — ИТЦ группы компаний «ВариУс» — Валерием Алексеевичем Жовтобрюхом. Тема разговора звучит несколько шокирующе для государства, которому власти определили аграрный путь развития и поставили на грань деиндустриализации: Industry 4.0 — четвертая промышленная революция в Украине.

 Ред.: Валерий Алексеевич, о зло­бодневности темы Industry 4.0 говорить не приходится, но насколько наша про­мышленность готова к изменениям в соответствии с ее концепцией?

В. Ж.: На мой взгляд, стремительность развития процессов четвертой промышлен­ной революции — главное её отличие от трех предшествующих. К такому выводу я пришел летом этого года, когда мне посчастливилось побывать на нескольких инновационных промышленных предприятиях Израиля и Финляндии. А на конференции, собравшей разработчиков информационных платформ для автоматизации конструкторско-техно­логических процессов, состоявшейся весной в Будапеште, довелось пообщаться с пред­ставителями IT-компаний из нескольких европейских стран, разрабатывающих про­граммное обеспечение для промышленного оборудования в США, Франции, Италии, Рос­сии и в других странах ближнего и дальнего зарубежья. Откровенно говоря, я был оше­ломлен темпами технологического развития в течение последнего года даже соседних с нами стран. Но еще больше меня сразил невероятный объем потока информации во­круг таких тем, как «промышленный интернет вещей», «цифровой станок», «имитацион­ное моделирование» и т. п.

Такой качественный скачок в умах и производственных планах представите­лей машиностроительной отрасли во всем мире ввел меня в состояние некоторого страха. Следует отметить, что страх отстать, не успеть или опоздать всегда был одной из моих фобий в учебе, в спорте и в работе, ко­нечно! Я понял, что, возглавляя предприятие, которое всегда находилось на передовой технического прогресса в Украине, упустить такой рывок в развитии новых технологий не могу себе позволить. Конечно, я и ранее осознавал, что мы, как инжиниринговая компания, всего лишь внедряем на украинских предприятиях передовое оборудование, инструмент, технологии и специализиро­ванное ПО, прежде всего, от зарубежных разработчиков. Зарубежных — исключи­тельно потому, что нет отечественных кон­курентных аналогов. А это значит, что стра­на в целом существенно отстает в уровне внедрения инноваций от индустриально развитых стран мира. Любопытно, что на­ука и образование в Украине находились на пике своего развития в 1970–80‑х годах. Причем, еще в начале 1990‑х научный потен­циал был способен давать промышленности серьезные, в том числе и программные, про­дукты по автоматизации процессов, часто опережая зарубежные разработки, включая и область информационных технологий. Все это, к сожалению, в прошлом.

Я осознал, что чуть было не пропустил самое интересное — еще более стреми­тельный рывок информационных техно­логий, когда соревнование между станко­строителями за самую совершенную кон­струкцию станка переместилось в область автоматизации и оцифровки процессов, в центре которых находится станок. Прямо сейчас в этом активное участие принимают практически все производители станков с ЧПУ. Причем предприниматели, не желаю­щие в ближайшие годы «вылететь» с рынка, не только со всё большим интересом наблю­дают за развитием событий, но и стремятся действовать. Яркое и обнадеживающее сви­детельство тому — активизация в течение последнего года работы Ассоциации пред­приятий промышленной автоматизации Украины (АППАУ) во главе с Александром Юрчаком. За деятельностью этого объ­единения я наблюдаю пока на расстоянии, но очень внимательно.

Ред.: Вы хотите сказать, что за пре­делами нашей страны оцифровка мето­дов сбора информации со станков и дру­гих производственных механизмов уже стала тотальным трендом и к этому про­цессу готовы подключиться и у нас?

В. Ж.: Не могу сказать, что тотальным, но знаю точно, что в настоящий момент на­ши коллеги из Европы и даже из России пол­ным ходом реализуют проекты не только

в опытных объемах, но и по заказам крупных промышленных холдингов, оцифровывая процессы сбора и аналитики информации с помощью современных интернет-техноло­гий. Причем проекты с реальным финанси­рованием — как от частных заказчиков, так и в рамках государственных программ. И что интересно: почти повсеместно проекты реа­лизуются с участием молодых талантливых специалистов с украинским паспортом.

Парадокс, но, находясь за пределами нашей страны, я нашел объяснение стран­ному и довольно неприятному изменению украинского рынка труда, замеченному мной осенью 2017 — весной 2018 гг.

Будучи за рубежом, я понял, почему стало так сложно найти хорошего специали­ста в любое подразделение компании даже при достойной мотивации. Всё просто: эли­та украинской молодежи, получив дипло­мы инженера, массово выезжает работать в Европу и дальше. К тому же, до недавнего времени не всем рядовым украинским граж­данам финансово доступная возможность обучения детей в зарубежных вузах с после­дующим трудоустройством — сегодня стала обычной практикой. Особенно для жителей областных центров Украины и, безусловно, Киева.

Летом 2014 г. один из известных укра­инских олигархов в ответ на беспокойство моего товарища о том, что скоро в Украине невозможно будет нанять молодых рабочих и инженеров вместо уходящих с заводов пенсионеров и уезжающих на заработки в Польшу и Чехию специалистов, цинично ответил: «Да ладно, это еще не скоро, на наш век хватит..!». И — ошибся!

Всё меняется стремительнее, чем ожи­дали даже те люди, которые давно имеют «паспорт успеха в бизнесе». Я встретил нема­ло наших молодых инженеров, работающих за пределами страны. И хорошо работаю­щих! Ребята, нам не угнаться! Предполагаю,

что молодежь и без хорошего образования также за последний год в немалой степени пополнила мировой генофонд стран, раз­вивающих науку, образование и предприни­мательство, а потому не имеющих проблем с наличием рабочих мест как для коренных жителей, так и для мигрантов из Украины…

Ред.: Но вернемся к нашей теме. Чем обусловлен, на Ваш взгляд, такой всплеск информации вокруг концеп­ции Industry 4.0 и чем отличается оциф­ровка процессов, предлагаемая в её рамках, от давно и хорошо известных всем АСУ ТП, ERP, CRM?

В. Ж.: Интернет и информационные тех­нологии все активнее проникают не только в бытовую среду, но и в производственную, помогая ей становиться более эффектив­ной. Автоматизированные системы управ­ления (АСУ) производственными процесса­ми никого уже не удивляют и давно стали нормой для любого предприятия. Но, как правило, они представляют собой совокуп­ность разрозненных, и нередко разбросан­ных по территории предприятия, вычисли­тельных машин или операционных центров, объединенных в локальные сети и решаю­щих узкий круг задач, весьма ограниченный компетенцией специалистов определенно­го департамента.

Вообще-то, если честно, нынешняя си­туация с внедрением цифровых решений на украинских предприятиях мне напомина­ет один анекдот из начала 90‑х. «Встретились два директора заводов из Японии и Союза, выпускающих одну и ту же продукцию в оди­наковых объемах. Директор японского заво­да рассказывает, что всю работу выполняет 8 человек и задает вопрос коллеге, а сколь­ко у него работников? Директор советско­го предприятия, у которого работало в три смены 300 сотрудников, чтобы не «упасть в грязь лицом», не моргнув глазом, ответил — девять! На следующее утро встреча­ются в аэропорту. У японца красные глаза, он всю ночь не спал, увидев своего вчераш­него собеседника, спрашивает: «Чем все же занимается ваш девятый сотрудник?..»

Рано или поздно каждый думающий руководитель предприятия задается вопро­сом, действительно ли внедренные 5–15 лет назад ERP (Enterprise Resource Planning) и CRM (Customer Relationship Management) системы являют­ся достаточными для контроля производи­тельности и эффективности работы? Ведь, как и 10 лет назад, чтобы действительно по­нять, насколько сбалансированно работает производство, все еще необходимо регуляр­но выходить из кабинета в цех, в буквальном смысле выполняя одну из главных запо­ведей бережливого производства Кайдзен о том, что из всех возможных методов кон­троля следует выбирать визуальный!

Согласно мнению многих украинских руководителей машиностроительных пред­приятий, причины низкой окупаемости инвестиций в оборудование кроются в не­высокой степени или в искаженной инфор­мированности менеджмента предприятий о состоянии дел на производственных пло­щадках. А также в неспособности персонала или информационных систем превентивно оценивать ситуацию, планируя своевре­менные мероприятия по предотвращению возможных сбоев в работе цеха, отдельного станка или даже определенного узла.

Сбор и подготовка данных для уже действующих систем ERP нередко явля­ется слабым местом, не позволяющим получить реальную картину о ключевых показателях эффективности, для каждого предприятия своих.

Мой питерский знакомый Андрей Ловыгин, очень талантливый успешный бизнес­мен, являясь разработчиком одной из самых эффективных систем мониторинга работы оборудования, рассказал историю о том, что один его клиент, вложивший огромные средства в покупку нескольких десятков ме­таллообрабатывающих станков с ЧПУ, в те­чение нескольких месяцев получал отчеты как на свой компьютер, так и в бумажном ви­де о загрузке оборудования на 90 %! Но ког­да однажды, прежде чем принять решение о дополнительной закупке оборудования для полного выполнения объема заказов, он сам зашел в цех в разгар рабочего дня, то обнаружил, что ни один станок не рабо­тал в данный конкретный момент!

Внедрение на данном предприятии си­стемы автоматизированного сбора инфор­мации о загрузке оборудования показало реальную ситуацию: лишь 17 % эффективной загрузки! Принятые меры привели к тому, что отпала необходимость в новых инве­стициях. Уже установленного оборудования с лихвой хватало для выполнения всей про­изводственной программы.

Ред.: Бережливое конкурентоспособ­ное производство — мечта любого соб­ственника промышленной компании…

В. Ж.: Это верно! Чаще других этими вопросами бывают обеспокоены именно руководители предприятий, инвестиро­вавшие немалые средства в организацию современных производственных участков и в приобретение современного обору­дования. Они стремятся повысить эффек­тивность процессов за счет внедрения быстрых и умных станков, мало зависящих от квалификации персонала. Но очень скоро оказывается, что этого недостаточно для превращения завода в безупречную «машинку для зарабатывания денег». Сро­ки окупаемости отличаются от тех, что пла­нировались на этапе проектирования. Это напрямую влияет на повышение себестои­мости продукции в результате:

                        незапланированных простоев обору­дования;

                        низкой производительности процесса обработки;

                        неэффективности служб, которые должны оперативно ликвидировать непла­новые простои.

Причины простоев, неэффективного использования оборудования, поломок или нецелевого использования станков всегда одни и те же. Каждый опытный производ­ственник имеет управленческие рецепты для «ручного» решения практически всех таких случаев. Именно поэтому эффектив­ность любого производства всегда драма­тически возрастает в моменты физического присутствия высшего менеджмента пред­приятия в цехах.

Ключевой проблемой для такого соб­ственника или руководителя предприятия является низкий уровень информирован­ности о том, что же реально происходит в цехе. И здесь на помощь приходят продук­ты компаний, занимающихся разработкой и совершенствованием систем управления производственными процессами на базе автоматизированного сбора данных — MES (Manufacturing Execution System). Современные си­стемы мониторинга эффективности работы оборудования способны собирать и обра­батывать огромные потоки информации, предоставляя всё более эксклюзивные отчеты сотрудникам и менеджменту пред­приятия.

Системы мониторинга еще в далеком 2005 году начали внедрять многие крупные производители оборудования (Siemens — Simco MDC-Max, FANUC — MT-Link), а двумя- тремя годами позднее и некоторые незави­симые интеграторы и разработчики (Zyfra — MDCPlus, Predator-Software, NetworkDNC и другие).

Ред.: Насколько востребованы си­стемы мониторинга в Украине? Развит ли здесь рынок MDC-услуг?

В. Ж.: В Украине рынок MDC-систем (Machine Data Collection) пока еще не занят соб­ственными разработчиками. Некоторые предприятия пользуются самописными разработками, учитывающими локальную специфику оборудования, другие приобре­тают ПО российского или китайского про­изводства. Если говорить о самых извест­ных зарубежных системах, то сравнитель­ная таблица характеристик будет выглядеть примерно таким образом:

Использовать многочисленные россий­ские разработки украинские предприятия откровенно остерегаются, опасаясь неодно­значной интерпретации законов, регламен­тирующих работу с зарубежными ПО. Несмо­тря на большое количество систем монито­ринга, многие из них обладают избыточным функционалом, зачастую невостребованным заказчиком, но влияющим на стоимость.

Малые и средние производства в пер­вую очередь нуждаются в простых системах, которые будут давать цеховым службам и менеджменту базовое понимание степени загруженности оборудования.

Совместно с IT-департаментом ИТЦ «ВариУс» мы приняли решение разработать собственный программно-аппаратный ком­плекс мониторинга, базовая версия которо­го будет распространяться для всех заказчи­ков оборудования DOOSAN бесплатно.

Данная версия позволит получать пер­вичную управленческую информацию о за­груженности оборудования, оснащенного стойками ЧПУ FANUC. Первую систему визу­ализации мы будем представлять на стенде компании в рамках Промышленного форума в Киеве с 20 по 23 ноября 2018 г. И если рынок проявит интерес к данной разработке, то мы готовы выпустить и полноценное коммерче­ское решение, с учетом потребностей пред­приятий.

Ред.: Можно ли сегодня говорить о необходимости в ближайшем будущем обязательной оцифровки предприятий? Как это происходит в реальной ситуации?

В. Ж.: Судите сами. В последнее время лавинообразное развитие получили систе­мы, позволяющие, с одной стороны, автома­тизировать сбор данных с каждой производ­ственной единицы подробно и почти абсо­лютно достоверно, а с другой — способные анализировать ситуацию и генерировать отчеты для любого структурного подразде­ления предприятия.

Это позволяет управляющему или соб­ственнику предприятия из любой точки ми­ра, где есть интернет, наблюдать за работой станков с экрана своего компьютера, план­шета или телефона. А при необходимости — одним касанием сформировать отчет о за­грузке оборудования за день, неделю, месяц или год. Современные системы позволяют формировать такие отчеты за несколько секунд, выдавая бесстрастные данные о ре­альном состоянии дел на каждом станке, у каждого оператора или всего цеха. Можно выяснить причины простоя, оценить опера­тивность работы сервисных служб.

А начальник цеха или главный техно­лог, в любой момент подключившись к се­ти, может получить всю необходимую ин­формацию прямо из СЧПУ любого станка, определить, какая деталь обрабатывается, просмотреть кадр управляющей програм­мы в онлайн-режиме и оценить правиль­ность выбранных режимов. Не говоря уже о том, что точно так же дистанционно можно предотвратить случаи нецелевого исполь­зования оборудования, например в третью смену. Очевидно, что сбор подобной инфор­мации может иметь колоссальное влияние на эффективность работы предприятия.

Ред.: То есть станок и технологиче­ское оборудование по-прежнему остают­ся «центром вращения» всего производ­ства?

В. Ж.: Безусловно. При этом, по при­знанию многих специалистов в области станкостроения, уже сейчас технические характеристики и конструкция аналогичных станков разных производителей становятся все ближе. В недалеком будущем разница между ними при оценке таких параметров, как мощность, жесткость и скорость, прак­тически будет отсутствовать. В связи с этим, для формирования конкурентных преиму­ществ, станкостроители всё активнее созда­ют свою программную экосистему с множе­ством полезных модулей. Внедряют, напри­мер, весьма полезные опции, позволяющие станку своевременно определить уровень вибрации ответственных элементов стан­ка. Или, не снимая инструмент со станка, контролировать параметры его износа. Или дать возможность системе управления самостоятельно сгенерировать наиболее эффективную траекторию движения фрезы с учетом всех исходных данных. И даже по­могают выбрать оптимальный инструмент из имеющегося на складе для выполнения определенной технологической операции.

Ред.: Следовательно, если станки становятся всё более самостоятельными объектами производственных процес­сов, то исключается влияние человече­ского фактора, да и присутствие самого человека в цехах?

В. Ж.: Сегодня можно сказать, что обще­ство находится на середине пути к тоталь­ной оцифровке различных процессов, вклю­чая индустриальное производство и прежде всего машиностроение.

Согласно концепции Industry 4.0, кото­рая была озвучена в 2011 г. в Давосе Клаусом Швабом, президентом Всемирного эконо­мического форума, благодаря ускоренной интеграции в промышленные процессы киберфизических систем участие человека в производстве продукции будет значитель­но сокращено. Человек и машина смогут работать вместе над поставленной задачей, т. к. сотрутся границы между цифровыми технологиями и биологическим миром. Это значит, что благодаря значительному повы­шению уровня программного обеспечения станки и вспомогательные устройства, объе­диненные между собой сетью, смогут оказать максимальное содействие человеку в дости­жении поставленных целей. И при этом ре­зультат будет получен самым эффективным и оптимальным по стоимости путем.

Например, уже сегодня производители массово предлагают к внедрению коллабо­ративные роботы, абсолютно безопасные для человека благодаря наличию в их кон­струкции специальных сенсоров и датчиков. Система управления этих машин позволяет легко интегрировать их в цеховую сеть типа Esernet. Они без труда «общаются» со стан­ками и обслуживающим персоналом соглас­но разработанным индивидуально под них или стандартным протоколам.

Преимущества такой концепции оче­видны. Такие манипуляторы, да и другие вспомогательные механизмы, оснащенные сенсорами, не прекращают работу даже во время появления в рабочей зоне обслу­живающего персонала для контроля, ре­монта или с целью пополнения заказанного станком инструмента. А связь по сети, в со­ответствии с концепцией «интернета стан­ков», позволит станкам и вспомогательным механизмам самостоятельно перераспре­делять загрузку с учетом внештатных ситуа­ций, например при выходе из строя какого- то оборудования.

Фрезерный центр, оснащенный СЧПУ с интеллектуальным интерфейсом, сразу по­сле интеграции в цифровое пространство це­ха сможет получить все необходимые данные из системы планирования производствен­ных заданий. Выбрав свою задачу, определит остатки доступных заготовок, сверит техно­логическую карту с наличием режущего ин­струмента в магазине и на складе, дозакажет все необходимое, отправит sms/е‑mail ответ­ственному лицу: в ОГТ — если станку при­шлось изменить технологию на альтернатив­ную по причине повышенного износа фрезы или замены на другую; в ОГМ — если превен­тивный анализ свидетельствует о повышен­ной вибрации в шпиндельном узле и нужно заказать подшипник; в отделы обеспечения производства — если не хватает заготовок.

Ред.: Всё это выглядит очень за­манчиво, но автоматизация производ­ства — довольно затратный процесс. Что Вы посоветуете компаниям, ко­торые с трудом изыскивают средства на переоснащение, но, тем не менее, мечтают о современном цифровом про­изводстве на собственных площадях? С чего начать? Где брать средства?

В. Ж.: Фонды на интеграцию цифрового контроля — это сэкономленные инвестиции в техническое оснащение предприятия. Кон­троль и мониторинг производственных про­цессов позволяют устранить неэффектив­ное использование имеющегося оборудо­вания и в определенных случаях отказаться от закупки дополнительных мощностей там, где можно обойтись технологическими или административными решениями. Переос­нащение само по себе является процессом непрерывным, а значит, состоит из этапов. Проще говоря, установить систему монито­ринга эффективности работы оборудования имеет смысл на одном из этапов, чтобы с её помошью оценить экономическую эффек­тивность уже инвестированных средств.

Ред.: Сегодня программных продук­тов и технических решений для автомати­зации предлагается огромное множество. Как сделать правильный выбор?

В. Ж.: В первую очередь необходимо очертить круг задач, которые должна ре­шить автоматизация. Например, в каких-то случаях решения от крупных производите­лей систем автоматизации могут быть из­лишне сложными и дорогими. В то же время начинающие игроки могут быть недоста­точно гибкими, оперативными в поддержке и развитии продукта. В идеале я бы рекомен­довал выбирать разработчика ПО со штатом сотрудников, осуществляющих поддержку собственными силами, обладающего успеш­ными кейсами интеграции задач, относя­щихся к вашему типу производства, а также с понятным планом выхода новых версий ПО и их обновления.

Ред.: И, наконец, вопрос, волную­щий сегодня многих. Какие конкретные действия, на Ваш взгляд, должно пред­принять правительство страны для сти­мулирования развития машиностроения в Украине, для возобновления её былой славы индустриальной державы? И воз­можно ли это в сегодняшних реалиях?

В. Ж.: Ответы на эти вопросы обычно обсуждаются в рамках таких передач, как «Свобода слова» Савика Шустера» и т. п. шоу. С моей точки зрения, надо «немного» — по­литической элите страны нужно просто хо­тя бы начать что-то делать для государства, а не для себя лично. Пока в правительстве находятся бизнесмены, они НИКОГДА не да­дут развиваться ни одному виду бизнеса по понятной причине: зачем кому-то конку­ренция?! А по поводу конкретных действий, о которых Вы спрашиваете, хорошо сказал Генри Киссинджер, анализируя успехи сла­бейшего в 1960‑х годах государства Сингапур на пути превращения в богатейшую страну к началу 1990‑х: «Пример становления го­сударства Сингапур поставил точку в споре за первенство во влиянии на результат меж­ду индивидуальностью и обстоятельствами. Хуже обстоятельств, чем были у этого бед­нейшего островка, окруженного тремя враж­дебными империями, не обладающего ни ма­лейшими ресурсами, кроме трудолюбивого народа, имевшего в активе ноль инфраструк­туры и раздираемого на части противобор­ствующими политическими течениями, быть не могло. Но страну спасли такие личные качества лидера, как: высокая мораль, пре­данность стране, здравый смысл, глубокий государственный ум, практическая сметка и железная воля». В результате, мы видим сейчас процветающий мегаполис, с развитой промышленностью, стабильной финансовой системой и экономикой, ориентированной на достижение личного счастья для каждого гражданина страны.

Ред.: Спасибо за обстоятельную бесе­ду! Приглашаем к продолжению разговора и Вас, и наших постоянных авторов и чита­телей на страницах журнала « Оборудова­ние и инструмент для профессионалов».

Рекламодатели

Партнёры

Новостная рассылка

Будьте в курсе наших последних новостей. Оформите бесплатно персональную новостную рассылку.